Дмитрий Мазепин получил «по зубам»

Десятилетний конфликт за контроль над «Тольяттиазотом», кажется, вступил в финальную стадию. До развязки еще далеко, но сюжет, начинавшийся как триллер, уже перерос в судебную драму. Высокий суд Ирландии запретил миноритарию холдинга Дмитрию Мазепину любые действия в отношении «Тольяттиазота». Во всяком случае, до окончательного вердикта ирландского правосудия. Мажоритарии празднуют, а рынок выжидает: не отвернется ли от Мазепина и российская Фемида?Азот до Дублина доведет

Жанр «русские сезоны в западном правосудии» неизменно оправдывает ожидания публики. Новый сезон этого «сериала» набирает обороты в Дублине. Именно там 27 июня Высокий суд Ирландии запретил олигарху Дмитрию Мазепину и его структурам любые поползновения на «Тольяттиазот», пока он, Высокий суд, во всем не разберется. Данное решение не гарантирует победу оппонентам Мазепина, но явственно намекает: их доводы звучат убедительно. Учитывая, что иск пестрит обвинениями в фальсификации документов, совершении мнимой сделки и попытке захвата управления ТоАЗа, шансы Мазепина на успех тают на глазах.

Холдинг «Тольяттиазот» входит в пятерку крупнейших предприятий российского химпрома. Более 70% ТоАЗа принадлежит семье Владимира Махлая. Контрольный пакет распределен в офшорах Trafalgar Development Limited, Instantania Holding Limited, Kamara Limited и Bairiki Incorporated, которые и выступили истцами против структур Дмитрия Мазепина («Уралхим»), зарегистрированных в Дублине.

Миноритарный пакет ТоАЗа в 7,5% Мазепин приобрел у «Реновы» Виктора Вексельберга в 2008 году. Позднее Мазепин нарастил долю до 9,73%. Целью являлось поглощение «Тольяттиазота», но после трех лет безуспешных попыток скупить доли ТоАЗа Вексельберг продал непрофильный актив. Мазепин в свою очередь пытается получить контроль над предприятием более 10 лет.

В Лондоне уже попривыкли, а ирландцам тяжело. Погружаться в русские деловые традиции Высокий суд Ирландии начал в конце 2016 года, когда мажоритарные акционеры «Тольяттиазота» подали иск к миноритарным акционерам, контролируемым Дмитрием Мазепиным. Мажоритарии обвинили структуры Мазепина и его лично в «рейдерской атаке» — термин, который судьи Дублина постигают до сих пор, заменяя его словами «сговор» и «схема». Ущерб «Тольяттиазота» истцы оценивают в 2 млрд долларов, то есть в две трети от стоимости компании, по оценке самих истцов. Что же такого придумал Дмитрий Мазепин, владеющий менее чем 10%?

Тольяттиазот

Ранее Высокий суд Ирландии уже обязал еще одного миноритария, Евгения Седыкина (0,00019% «Тольяттиазота»), возместить предприятию ущерб, причиненный необоснованными исками и сговором. Размер ущерба суд определит позднее, но активы обоих на сумму 78 миллионов долларов на всякий случай заморожены.
В России Седыкин также имеет проблемы с законом. В 2017 году он осужден на четыре года за попытку захвата управления ТоАЗа. Двумя годами ранее Седыкин созвал фиктивное общее собрание акционеров, сменив весь совет директоров. Незаконный орган управления успел принять целый ряд решений (отнюдь не в пользу мажоритариев), а его члены даже требовали выплаты дивидендов в суде. От реального срока Седыкина спас лишь возраст — 73 года на момент вынесения приговора.

Евгений Седыкин

Еще один дубль

Труднопереводимую для ирландского уха «рейдерскую атаку» исцы описали несколькими эпизодами. В 2011 году контролирующий Belport Ltd и «Уралхим» Мазепин, как следует из иска, совершил мнимую сделку по продаже доли ТоАза между своими структурами. Сделке на 203 млн долларов якобы помешали основные владельцы ТоАза, не предоставив документы о собрании акционеров. Защищать свои интересы «Уралхим» отправился в самарский арбитраж. Суд пришел к выводу, что «Уралхим» получил интересующий его список акционеров до обращения в суд, и в иске отказал. Мазепин разочаровался в арбитраже и сделал ставку на уголовное судопроизводство.

С чего все началось:

Идею подбросил все тот же Виктор Вексельберг, с которого в суде Нью-Йорка требовал 2 млрд долларов сенатор в прошлом и киприот в настоящем Леонид Лебедев. Здесь нужно оговориться, что прошлое Лебедева вмещает управление топливной компанией «Нижневартовскнефтегаз» в далекие 90-е. С годами Лебедев, как и его прошлое, становился только богаче, однако чувствовал себя наоборот. В 2014-м году Лебедев наконец понял: его обокрали. Грабителями оказались тоже люди не бедные, а именно миллиардеры Виктор Вексельберг и его давний друг Леонид Блаватник. Они продали «Роснефти» ТНК-BP, в которую вошли и активы некогда спорного «Нижневартовскнефтегаза», не поделившись с Лебедевым. Обокраденный сенатор уже давно ничем не управлял в нефтяной компании, но уверял, что является её тайным акционером. Термин, уже вошедшие в английская права как непереводимая русская лексика, означал, что Вексельберг и Блаватник сочувственно помогли сенатору Лебедеву нарушать закон и скрыть свои доходы. Однако с продажей компании их теплое отношение к сенаторским шалостям куда-то улетучилось. Блаватник и Вексельберг уверяли суд, что ничего подобного за ними никогда не водилось. Судья, будучи наслышан о расследовании спецпрокурора Мюллера, в конце концов поверил Вексельбергу и полностью отклонил иск бывшего сенатора.

Виктор Вексельберг

В 2005–2008 годах «Ренова» предприняла попытку рейдерского захвата ТоАЗ. Ее результатом стало уголовное дело в отношении Владимира Махлая и управляющего компании Александра Макарова, которых внезапно уличили в неуплате налогов. Махлай скрылся в Венгрии, но компанию не отдал. Медведевский курс на либерализацию смягчил и налоговиков, и СК, и самого Вексельберга. Оттепель обошла стороной лишь нового покупателя ТоАЗа Мазепина. Из провала «Реновы» он вынес другие уроки, немало обогатив стратегию Вексельберга. В иске Trafalgar Development упоминаются лишь некоторые придумки владельца «Уралхима»: организация незаконных обысков, давление на судей, представление суду поддельных документов. Многие заслуживающие внимания ноу-хау были просто опущены ввиду трудности перевода и понимания англоязычной публикой.

Владимир Махлай

Итак, в 2012 году Дмитрий Мазепин пошел по стопам Вексельберга. И если раньше Махлая обвиняли в неуплате 300 млн рублей налогов, на этот раз речь шла почти о 100 млрд рублей. В ходе судебных разбирательств ущерб снизился до 85 млрд рублей, но правдоподобнее от этого не стал. По версии следствия, топ-менеджеры ТоАЗа с 2008 года (то есть как только Мазепин выкупил долю холдинга у «Реновы») похищали с предприятия весь карбамид и аммиак, продавали его аффилированной Nitrochem Distribution AG по заниженной стоимости, и затем уже химикаты шли на открытый рынок по коммерческим ценам. На чем заработали 85 млрд рублей. Каким образом «Тольяттиазот», с которого похищалась вся продукция, демонстрировалмногомиллиардный доход, объяснить не смогли ни следствие, ни прокуратура, что не удивительно.

Уголовное дело в отношении «Тольяттиазота» вело следственное управление Следственного комитета РФ по Самарской области под руководством Виталия Горсткина. Подчиненные Горсткина прославились целым рядом громких дел. Самарец Георгий Кутузов погиб от травм, пристегнутый наручниками к лошади, которая затем понеслась вскачь. Нашедшая нестандартное применение наручникам сотрудница конной милиции Лидия Котова, по мнению следователей, в этой истории была потерпевшей. Только смерть Кутузова и общественный резонанс изменили их мнение. Не видели они ничего криминального и в действиях старшего следователя Роксаны Джураевой, крышевавшейбанду сутенеров. Сам Горсткин занимался продвижением бизнеса супруги и требовал немедленных объяснений по поводу своей отставки от губернатора Меркушкина и главы СКР Александра Бастрыкина.

Возможно, Горсткин был так уверен в себе потому, что занимался большим делом ТоАЗа и за «раскрытие преступления» его ждала большая награда? Во всяком случае, «Тольяттиазот» — единственное, над чем следователи работают не покладая рук. Даже с уходом Горсткина на Владимира Махлая и его сына Сергея сыплются новые обвинения. Одно из последних — в организации ОПС. Логические нестыковки затмевают эффектные стилистические решения — то на суде выступят тайные свидетели, чьи лица не видны, а именами служат псевдонимы, то лично Седыкин выступит, представив свои опусы, написанные под псевдонимом. Обвиняемые на этот сюрреализм смотрят издалека. Махлаи, заочно арестованные Басманным судом еще в 2014 году, находятся в Лондоне.

Виталий Горсткин

Токсикоз

Неоднократные попытки Махлаев продать бизнес третьей стороне не увенчались успехом. Купивший было контрольный пакет Кирсан Илюмжинов передумал буквально через три месяца. По некоторым данным, президент FIDE отступил под натиском информационных атак, устроенных Мазепиным. Даже непобедимый король госзаказа Аркадий Ротенберг, которого прочили в новые хозяева холдинга, предпочел не связываться с токсичным активом. Слухи о том, что Мазепин расправляется с конкурентами не только в силовом поле, но и информационном, подтверждаются материалами следствия.

В декабре 2016 года «Тольяттиазот» получил очередной, по-видимому, новогодний «подарок» — экстремистскую литературу и гранатомет РПГ-18 («Муха»), подброшенные на предприятие. Создавалось впечатление, что на химическом гиганте кто-то готовит теракт. Вот только расследование готовящегося «теракта» взяло на себя не проверенное временем СУ СК РФ по Самарской области, а региональное УФСБ. Чекисты обнаружили, что это была инсценировка, и вскоре нашли всю «театральную труппу» — ОПГ, во главе которой стоял экс-руководитель охраны Березовского Сергей Соколов. Не обошлось и без засланных казачков. В группировке состояли экс-глава службы безопасности ПАО «Тольяттиазот» (ТОАЗ) Олег Антошин и его заместитель Алексей Алексеев, а также майор полиции Александр Перцев. За кадром остался лишь режиссер-постановщик эффектного представления.

Сергей Соколов

Путать следы поздновато, но даже в судебных драмах должна сохраняться интрига. Поэтому в деле «Тольяттиазота» появилась еще одна преступная группировка. По версии следствия, ее возглавили отец и сын Махлаи в далекие 90-е. Теперь тотальное похищение карбамида и аммиака с ТоАЗа названо лишь одним из эпизодов ее бурной деятельности. Следствие обещает новые «эпизоды» совсем скоро. Чтобы зрители, среди которых скучающие на берегах Темзы Махлаи не скучали, главным героям вынесли приговор по первому «аммиачному» эпизоду. Владимир и Сергей Махлаи получили по девять лет колонии общего режима и штраф в размере 900 тыс. рублей. Экс-гендиректор «Тольяттиазота» Евгений Королев и директор Nitrochem Distribution AG Беат Рупрехт «заработали» по 8,5 года лишения свободы.

Сергей Махлай

Дело другой ОПС, ловко раскидавшей экстремистские брошюрки и гранатомет по ТоАЗу, как-то застопорилось. В самарском ФСБ до сих пор ограничиваются словами о неустановленной финансово-промышленной группе, готовившей рейдерский захват предприятия. Возможно ли, чтобы на один из крупнейших химхолдингов страны покушалось несколько «финансовых групп» одновременно? Зато одну такую группу знают уже и в России, и в Ирландии.

Остается простой вопрос: зачем Дмитрию Мазепину действовать так открыто? Аналитики рынка иронизируют, что на деньги, потраченные на юристов, «артистов» и других действующих лиц, Мазепин мог бы открыть новое химическое производство. Но не открыл. Потому что не умеет. Как только Мазепина сняли с поста президента, он отправился в свободное плавание. Плавает неизменно в долгах.

Мазепова победа

Агрессивная экспансия Мазепина на рынок химудобрений неоднократно подвергалась критике. Ведь и 20% «Уралкалия», и злополучную долю в ТоАЗ он выкупал на заемные средства. Чудовищная закредитованность «Уралхима» (253 млрд рублей по состоянию на третий квартал 2018 года) делает его колоссом на глиняных ногах. Сам холдинг уже несколько лет не публикует финансовую отчетность. Выпущенные в прошлом году облигации с трудом нашли своих покупателей.

Не все благополучно у Дмитрия Мазепина и с законом. Налоговики нашли в «Уралхиме» 1 млрд рублей недоимок. Кстати, до сих пор не закрыто давнее уголовное дело о хищении акций ЗАО «АХК «Азот» у «Газпром-Межрегионгаза». ЗАО «АХК «Азот» должно было передать свое имущество (а это акции компаний «Череповецкий азот», «Кирово-Чепецкий химкомбинат» и др.) непосредственно «Газпрому». Вместо этого они были многократно перепроданы и оказались в руках Дмитрия Мазепина. Фигурантами покрывшегося пылью дела выступали гендиректор «Межрегионгаза» Николай Горновский и его заместитель Андрей Карклин. Но если отряхнуть пыль с пожелтевших страниц, встает еще один вопрос: откуда у бывшего замглавы РФФИ Дмитрия Мазепина деньги на такие покупки?


Дмитрий Мазепин

Множество неудобных вопросов заставляет хозяина «Уралхима» нервничать и ошибаться. Все его финансовые решения последних лет выглядят одной большой ошибкой. И этот вывод — чисто арифметический. Чтобы выплыть из долгов, ему нужен спасательный круг. Именно поэтому Мазепин так стремится заполучить ТоАЗ, что давно потерял счет — и времени, и деньгам. Поможем растерянному человеку с цифрами. Сумма требований семьи Махлаев в Высоком суде Ирландии — 2 млрд долларов. Сумма присываемого Махлаям ущерба в российском суде — 85 млрд рублей (1,34 млрд долларов). Если требования офшорных структур Махлаев будут удовлетворены, что крайне вероятно, а российский суд сможет взыскать с них ущерб (почти невероятно), Дмитрий Мазепин все равно останется в убытке примерно на 660 млн долларов. Такова цена победы.

По материалам:  kompromat1.media

Добавить комментарий